Вы все дураки и не лечитесь


Накопление первоначального капитала
Уважаемая Валерия Ильинична!
Вопрос навеян Вашим ответом на вопрос об экспроприации. Скажите, пожалуйста, считаетели вы допустимым в настоящее время заработок первоначального капитала любым путем? Допустим, завтра, у власти окажутся либералы, вроде Вас. Означает ли это, что будет допустимо и ненаказуемо любое уголовное преступление, если оно:
а) совершено с целью заработка первоначального капитала
б) совершено частным лицом, не имеющим отношения к органам госвласти.
Вы же допускали, что "кто-то, вообще, заработал первоначальный капитал пиратством"
Заранее спасибо.
С уважением. ОТВЕТ





@темы: Чекист

Вы все дураки и не лечитесь
Вы все дураки и не лечитесь


Патриотизм как явление
Уважаемая Валерия Ильинична!
Как вы относитесь к патриотизму как к явлению в целом? Марк Твен, например, считал, что в основе патриотизма лежит моральная трусость. Я с ним соглашусь, от себя добавлю, что от патриотизма частенько попахивает национализмом. А вы как думаете?
ОТВЕТ





@темы: Патриотизм, Мессианство

22:33

Вы все дураки и не лечитесь
К сожалению, организовать трансляцию спектакля ТАРАРАБУМБИЯ Дмитрия Крымова не удалось. Очень слабый там Интернет. Но это не последний спектакль, который мы попробуем показать друзьям.



Вы все дураки и не лечитесь
С 24 февраля по 28 февраля 2010 года Валерия Новодворская и Константин Боровой посетят Грузию.
В программе участие в мероприятиях Первого Кавказского телеканала, лекции и выступления.



@темы: Визит, Боровой, Первый Кавказский, Грузия, Кавказ, Новодворская, Телевидение

Вы все дураки и не лечитесь


Гаити Дети Сорокина
Французские семьи готовы принять гаитянских детей - сирот, чьи родители погибли во время землетрясения. Журналист Светлана sv-sorokina Сорокина поражается, что громадная трагедия в Гаити не затронула сердца соотечественников.
Валерия Ильинична не хотите реализовать своё предназначение и взять к себе гаитянского ребёнка, лучше пять?
ОТВЕТ





@темы: Сорокина, Гаити, Сироты, Нефть, Цветаева, Эхо Москвы

Вы все дураки и не лечитесь
Вы все дураки и не лечитесь
Вы все дураки и не лечитесь
Фашисты осквернили место убийства Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой




@темы: Маркелов, Бабурова, Первый Кавказский, Убийство

Вы все дураки и не лечитесь
12:40

НАРОД

Вы все дураки и не лечитесь


Народ Уважаемая Валерия Ильинична!
У меня к вам такой вопрос. Насколько я помню из вашей же повести "Над пропастью во лжи" вы буквально с детства задумались о свержении коммунистического строя. В результате вы были в тюрьме, где вам под кожу загоняли воздух, не реализовали себя в личном плане... и все ради кого? Ради вот того быдла, которое ждет-не дождется, когда любимый ВВ опять окажется у руля (уже официально) и будет умасливать по первому каналу страждущих, которые, послушав его, не пойдут на митинг, даже если у них нет отопления при -20... Я смотрю на ваших соотечественников (да и моих пока еще) и мне больно за вас, потому что ему, быдлу то есть, ваши страдания не были нужны никогда. Потому что ему - быдлу - не нужна свобода, оно не знает, что с ней делать. Получается, что ваши страдания нужны были только кучке здравомыслящих людей, большая часть которой уже давно покинула Россию? Что вы об этом думаете?
Спасибо
Александра Колычева
ОТВЕТ


Если бы, уважаемая Александра, те, кто мыслит так же, как я, не покидали Россию, не затыкались бы и не молчали бы в тряпочку, то, возможно, результат был бы другой. Не мне следует адресовавать упрёки, а тем, кто не пытается даже сделать из этого быдла народ. Вы знаете, русская интеллигенция, начиная с шестидесятников девятнадцатого века и кончая шестидесятниками века двадцатого, никогда на этом языке с народом не говорила. Она спасала Россию. И это специфика русской интеллигенции, это её смысл, сверхсмысл её существования, её сверхъя, и на этом она выросла, и этим пропитана вся русская литература. Можно, конечно, от всего этого отказаться, найти себе какую-то другую литературу и какой-то другой смысл, но, как правило, как правило, это не очень получается. Я видела наших соотечественников за рубежом, они никакого особенного другого смысла для себя не выдумали, даже если явились умирать на Васильевский остров. Я это делала и делаю не ради быдла. А во-первых, чтобы самой не стать этим самым быдлом, а во-вторых, для тех пяти или шести процентов, которые в этом нуждаются и которым просто некуда идти, потому что даже пять процентов россиян или десять процентов - это очень много, и никакие заграницы их не вместят.
Так что, каждый выбирает себе участь: или бежать с поля боя, или сражаться до последнего патрона. По законам воинской чести, по всем воинским уставам, первый называется дезертиром. Дезертирам никаких орденов не дают, даже тот самый орден, который придумал фантаст Сегей Лукьяненко, который называется Орденом безысходной доблести. Вот этот орден всегда получала русская интеллигенция. Можно, конечно, не принадлежать к русской интеллигенции, но тогда как себя называть?
За расшифровку спасибо http://akchillean.livejournal.com/




@темы: Россия, Честь, Образование, Уехать, Над пропастью во лжи, Народ, Интеллигенция

Вы все дураки и не лечитесь
Друзья, помогите понять, почему у нас в ЖЖ вдруг заголовки подкатов стали трансформироваться в кракозябры.



Вы все дураки и не лечитесь


Валерия Ильинична, постоянно читаю Ваш блог, статьи и интервью и, обычно, готов подписаться под каждым словом. Единственный момент, который мне остается непонятен, это Ваше отношение к религии и христианству.
Возможно мне кажется, но в последнее время Вы часто ссылаетесь на христианство как на хороший нравственный эталон. Я согласен со здоровыми нравственными нормами, но чтобы их усвоить, нормальному человеку не надо бояться попасть в ад после смерти. Но что касается остального, не кажется ли Вам, что христианство (да и любые религии) стремятся воспитать в человеке качества далекии от необходимых здоровой свободной личности? Там есть и Бог-самодержец, чья воля определяет все вокруг, а неподчинение наказывается вечными муками. И единственный оппозиционер - Сатана, который дерзнул устроить протест, был проклят и теперь является олицетворением зла. Сатана - это ведь такой классический диссидент. То есть любая религия предполагает возможность наличия абсолютной власти, которой надо подчиняться бесприкословно, бездумно, с одной только верой. Верите ли вы, действительно в бога, в то что Христос умер за наши грехи, а сатана князь мира, в ад и рай?
С уважением, Артём
ОТВЕТ





@темы: РПЦ, Евангелие, Христианство, Люцифер, Бог, Вольтер, Интеллектуалы, Христос, Мережковский, Ад, Кротов

Вы все дураки и не лечитесь


Сувенирные Ветераны
Вот такая новость из Волгограда:
В Волгограде появится лимонад с портретом Сталина
К очередной годовщине разгрома немецких войск под Сталинградом, которая будет отмечаться 2 февраля, на прилавках магазинов Волгограда появятся прохладительные напитки с портретами Иосифа Сталина, Георгия Жукова и Константина Рокоссовского.
Партию лимонадов «Саяны», «Байкал» и «Тархун» с изображениями известных военачальников и «вождя народов» по случаю праздника решил выпустить волгоградский пивзавод «Пивовар».
«О Сталине можно говорить все что угодно, но именно под его руководством страна одержала победу как в Сталинградской битве, так и в Великой Отечественной войне, – сообщил V1.ru владелец и директор ОАО «Пивовар» Борис Изгаршев. – Может, он и неоднозначная фигура, но он принял страну с сохой, а оставил с космическими ракетами. Жуков и Рокоссовский – выдающиеся полководцы, их роль в истории Великой Отечественной хорошо известна. Выпуская лимонад с их портретами, мы делаем подарок в первую очередь ветеранам, для которых именно эти личности олицетворяют великую победу и являются символами могущества Советского государства».
Аркадий Урицкий, специально для V1.ru
ОТВЕТ





@темы: Германия, Сталин, Жуков, Батый, Рокосовский, Война, Фашизм

23:40

Вы все дураки и не лечитесь
Друзья, напоминаю параметры канала для пресс-конференций
http://vzochat.com/ru/profile/vnovodvorskaia
Он пускает только 120 участников
Подключаться здесь
http://videocall.ru/vnovodvorskaia



Вы все дураки и не лечитесь
Новая корзинка для вопросов



16:42

Вы все дураки и не лечитесь


Валерия Ильинична, как Вы относитесь к идее бросить клич к независимым историкам с незамараной репутацией (на ум приходят имена, например, Ирины Павловой, Бориса Соколова, - да на передачу "Именем сталина" Натэллы Болтянской на "Эхе москвы" приходит очень много ученых-историков, имеющих совесть) создать маскимально объективный учебник российской истории (а возможно и не только российской), а также бросить клич к иммиграции и зарубежным фондам, поддерживающим свободу и демократию, профинансировать эту работу?
Ведь такой учебник (или несколько учебников для разных возрастов детей и по разным отрезкам истории) очень сильно помог бы становлению в России свободолюбивого гражданского общества. Родители могли бы независимо от чекистской лжи, вдалбливаемой в умы в школах рф, учить своих детей правде в домашних условиях.
Такой учебник можно было бы распространять бесплатно через интернет, защищая его оригинальное содержание от чекистских дискредитирующих контрмероприятий (подделок).
ОТВЕТ





@темы: Мой Карфаген обязан быть разрушен, Вклад, История

13:26

Вы все дураки и не лечитесь


скажите пожалуйста свое мнение насчет следующего момента: как известно, в Ираке и Афганистане сейчас находятся американские войска и сталкиваются там с местными вооруженными формированиями (как их не называй, сути это не меняет). Как вы оцениваете решение президента США Барака Обамы о направлении в Афганистан дополнительных 30 000 солдат? Поможет ли это американцам? И как лично вы думаете, почему в Афганистане и Ираке против американцев сражается столько людей?
ОТВЕТ





Вы все дураки и не лечитесь
ПЕРВЫЙ КАВКАЗСКИЙ телеканал
http://1k-tv.com/



Вы все дураки и не лечитесь


Журнал «Медведь» Октябрь 2009 №10 (134)

Валерия Новодворская

Возвращение короля


У Толкиена третья книга его великой трилогии «Властелин колец» называется «Возвращение короля». В мир, где только что царило Сауроново зло, где только что закончилась Великая война между Мордором-Востоком и Гондором, столицей Запада, возвращается полузабытая королевская власть дунаданов, любимцев валаров [Богов и Стихий], некогда владевших Нуменором.

Арагорн, вернувшийся наследник древних королей Запада, силен и добр, и люди и эльфы надеются, что он сумеет вернуть в мир атмосферу чести, достоинства и Добра — вернуть из древних легендарных эпох.

Уже много месяцев подряд мы рассказываем здесь о поэтах и писателях, едва глотнувших дивного напитка Серебряного века и тут же захлебнувшихся на остаток жизни нечистотами века Железного (и советской власти). В наш Храм пришел полумрак, ибо писателям, чтобы выжить, надо было лгать, выкручиваться, приспосабливаться, и это гасило чистый свет Солнца Русской литературы. А иные авторы и вовсе не попали в Храм, обретя вечный покой на зеленых лужайках за его стенами, хотя и в ограде.

Тем удивительнее феномен Евгения Шварца, скорее эльфа, чем человека, но, увы, лишенного бессмертия. Он вернулся в неласковый мир советской эпохи как король, наследник древнего прекрасного Царства, населенного феями, рыцарями, принцессами, говорящими котами и умными свинопасами, где Добро рискует жизнью, иногда идет на смерть, но, теряя оптимизм и невинность, в конце концов побеждает. Как и положено в сказках. Кто в замке король? Волшебник, добрый, усталый и гневный волшебник. Митрандир. Гэндальф Белый. Белый Евгений Львович Шварц, который, в отличие от валара Гэндальфа, не мог вернуться в Вали-нор. Но он вернулся, как король, жил, как король, писал, как король, победил свое жалкое Время и умер, как король. Он шел сквозь Эпоху без страха и сомнения, он дрался с ней — один «за всех — из всех — противу всех» (по рекомендации М. Цветаевой), и Время сдалось, и не тронуло его, и легло покорным щенком у его ног. Ну начнем, как и полагается, с заклинания, любимого заклинания Евгения Шварца: «Снип, снап, снурре, пуре, базелюрре!»



Король против Снежной королевы



Принято считать, что Шварц написал «Снежную королеву» в 1939 году. Но он столкнулся с ней гораздо раньше, в 1918-м, и ушел от нее непобежденным. А началось все в Казани, в октябре 1896 года. Серебряному веку оставалось еще доживать 21 год. Женя успел родиться в семье медиков, людей культурных, прогрессивных взглядов, республиканцев, но без партийной принадлежности и радикальной одержимости. Отец Жени, Лев Борисович, учился на медицинском факультете Казанского университета, мать, Мария Федоровна Шелкова, окончила акушерские курсы. Отец выучился на хирурга. Врач, акушерка — вполне народническая семья. Но они предпочли служить народу не на ниве грошовой социалистической пропаганды.

После гимназии родители настояли на том, чтобы их сын, бредящий театром, типичный гуманитарий (уже в пять лет он твердо заявил матери, что будет «романистом»), поехал учиться на юридический факультет Московского университета. Женя был воспитанным мальчиком и поехал. Проучившись два года, он завалил римское право. Послал родителям телеграмму: «Римское право погибает, но не сдается» — и послал к черту юриспруденцию. Дальше в его биографии есть загадочный пробел в целых пять лет. Что поделывал Е. Шварц с 1914-го по 1919 год? В остросоветский период чисток, анкет и политудочек (и тем более в мрачные, свинцовые сталинские времена) об этом периоде знали очень немногие — родные, самые близкие друзья. А они не трепали языком. Это были смертельно-расстрельные годы, и с такой биографией не было шансов уцелеть. А губить доброго и веселого сказочника, такого щедрого, такого воспитанного, не хотелось никому из его окружения. Конечно, если бы он полез к вождям, как Бабель, или в политику, как Мейерхольд, до этих пяти лет быстро докопались бы. Но сказка, сцена, детская литература — это было надежное убежище, здесь пролетарская бдительность давала слабину, и чекистский маниакал делал сбавку. А потом, к 60-м годам поближе, давать такие сведения о классике детской литературы тоже было нельзя. Здесь бы уже несдобровать цензорам и надсмотрщикам за литературой. Союзу писателей, например. «Куда смотрели, почему не доложили?!» — спросили бы у них. Хотя то, что было надежно скрыто в 20-е, 30-е, 40-е, в начале 50-х, не могло выплыть наружу и потом. Да и многие друзья поумирали, иные — не своей смертью. Валентин Катаев сам придумал себе «красную» биографию, скрыв «белую», пустив последнюю по рассказам и повестям. Евгений Шварц лгать решительно не научился. Но его о таких неслыханных вещах и не спрашивали, а от партии и ответственной работы он держался подальше. Но в позу на площади он вставать не умел. Его вызов тиранам надо искать в его пьесах. Листовки и лозунги он писать не мог. Памфлеты — тоже. Сатирикам пафос противопоказан. А пять потерянных лет выглядят в биографии безобидного сказочника просто фантастически. Его призвали в армию в 1917 году (до этого он играл в разных антрепризах, колесил по провинции, имел успех как актер, пробовал свои режиссерские находки и возился с «театральными» детьми, помогая им готовить роли). Но солдатствовать ему не пришлось, студенты до Октября только офицерствовали. Женю послали в юнкерское училище, он окончил его, стал прапорщиком. Но так было со многими: по инерции, по течению, по классовому признаку, куда несло представителей среднего класса (а интеллигенция в него входила целиком). Для резких шагов влево (как у Бухарина и Лавренева) нужен был сознательный выбор. Сознательный выбор сделал (21 года от роду) и Женя Шварц. Он идет в Белую Армию, он участвует в Ледовом походе Корнилова. При взятии Екатеринодара он получил тяжелое ранение. Отсюда его вечный мучительный тремор рук, скачущий почерк. А ведь это принимали за болезнь. Этот сказочник, этот волшебник тогда впервые схватился со Снежной королевой и остался жив. Чистые русские мальчики из Белой гвардии, из Ледового похода были Каями, которым в глаза не попали осколки пошлого и вульгарного Зеркала, их зрение осталось чистым и незамутненным. Как писала М. Цветаева: «Старого мира — последний сон: Молодость — Доблесть — Вандея — Дон». Мальчики Каи прошли этот путь вместо девочки Герды. Прошел этот путь и главный противник Снежной королевы (равнодушия и бездушной Власти) в СССР, офицер-корниловец Евгений Шварц, верный присяге и в 1917-м, и в 1937-м, и в блокаду в 1941-м (опять ведь поединок со Снежной королевой! В голодном и замерзающем городе). А потом начался театр. Весь мир лицедействует.



Кочующий лицедей



Демобилизованный после ранения вчистую, Шварц поступил в университет Ростова-на-Дону, чтобы отдаться любимой словесности, но учиться не пришлось. Театр забрал его в свои шелковые, бархатные, душистые объятия. Еще бы! Отец, Лев Шварц, вечно что-то играл в любительских спектаклях, по дому ходил в римской тоге. Оба сына, Женя и его брат Антон, вступили в маленькую театральную труппу в Ростове-на-Дону. Здесь Женю настигла первая любовь. Он влюбился по уши в хорошенькую, изящную, талантливую актрису. Ее звали Гаяна Халаджиева. Она вполне отвечала вкусам юного романтика («Шаганэ ты моя, Шаганэ»). Тайна, загадка Востока, жгучая брюнетка, актриса и в жизни, и на сцене. Мальчик не знал, что это не любовь, а влюбленность. Откуда ему это было знать? Он ухаживал за кокеткой, а она не верила ему. Он клялся, что выполнит любое ее желание. А Гаяна привыкла к лживым клятвам поклонников и спросила: «А в Дон вы прыгнете?» Заметьте: ночь, ноябрь, даже конец ноября. Вода — ледяная. И Шварц прыгает в Дон в чем есть: в шляпе, в теплом пальто и калошах. Гаяна завопила диким голосом, сбежались люди, Женю спасли. И она не устояла — стала его женой и родила ему очаровательную дочь. И эта дочь была ему очень дорога, и потом от нее у Шварца, обожавшего детей, был внук.

Но веселые времена ростовской «театральной мастерской» закончились для Евгения, хотя критика сулила ему славу Качалова. Он сатирик и подрабатывает фельетонистом в веселой газете «Всесоюзная кочегарка». Там он встретит Николая Олейникова, друга и соавтора, тоже книгочея, но с математическим уклоном. Чтобы обеспечить Шварцу спокойную жизнь, он выдумывает ему шикарную биографию-розыгрыш. Мол, этот самый Шварц работал в продотряде. Это Шварц-то! Он не то что отобрать не мог, он все раздавал, что имел, а когда у самого денег не было, так шел занять, потому что не хотел отказывать тем, кто у него просил, и вечно сидел без копейки, потому что было у него сто друзей, и с ними он не мог скопить даже сто рублей. Но люди поверили в комиссара Шварца, и наш белогвардеец и «контрик» сошел за своего.

И вот труппа из Ростова в Петербурге, и в январе 1922 года они дают «Гондлу» расстрелянного Гумилева. (Женя Шварц потом отомстит за казненного поэта, ведь Ланцелот из «Дракона» во многом списан с него.) В «Гондле» Антон сыграл Гондлу, а Женя — Лагге. Хотя надо было наоборот. Король Женя Шварц, в отличие от окуджавского короля Леньки Королева, не очень-то умел драться, но дух его был высок, и он мог бы повторить слова Гондлы: «Там, в стране, только духам известной, заждались короля своего, мой венец не земной, а небесный, Лаик, терны — алмазы его».

Труппа распадается, и Шварц идет работать к тем, кто ценит волшебников — к детским писателям (К. Чуковскому и С. Маршаку), которые обращаются к детям (кто еще способен понять, кто не забит, не запуган, кто сохранил доброту и чистое сердце?). Это хорошие люди, и они продержались до конца темных времен, не труся, не солгав, не донося. Евгений Львович работает литсекретарем у Чуковского (а это просто гнездо свободомыслия, одна Лидия Корнеевна, дочь, чего стоит). Он находит себя в детских прелестных журналах с крупинкой хармсовских парадоксов, антиподах «Пионерской зорьки» и «Мурзилки» — в «Чиже» и в «Еже». Подвизается и в провинциальном журнале «Забой». Его компания — это М. Зощенко, Д. Хармс, обэриуты, которые поиздевались-таки над советской действительностью в силу полного демонстративного отсутствия идеологии. «Несчастная кошка порезала лапу», и вылечить ее можно было только с помощью воздушных шариков. Походив к серьезным и истовым «Серапионовым братьям», Шварц бросил их ради неформалов обэриутов. Мало кто из них уцелел, и судьба безобидного Хармса оказалась страшной. А вот Шварц вышел невредимым из огня, как и положено волшебнику.

Но прекрасный, интеллигентный Евгений Львович попал в скверную историю с друзьями. Каверин познакомил Шварца со своим братом, Александром, и его женой, Екатериной Ивановной. И это была судьба. Женя Шварц и Екатерина Ивановна были созданы друг для друга. Пришлось Кате бросить мужа, а несчастный Шварц со слезами и стыдом оставил Гаяну и любимую дочь. И они дожили вместе до старости, были рядом тридцать лет, до конца.



Убить Дракона



В 1925 году Маршак, которого обрел на свое счастье Евгений Львович, получил от него рукопись в стихах — «Рассказ старой балалайки». И его стихи напечатали сначала в журнале «Воробей», а потом и отдельной книгой. Мир тесен! Шварц поработал даже в журнале «Ленинград», том самом, который будут громить и закрывать после доклада т. Жданова вместе со «Звездой» за то, что они посмели напечатать М. Зощенко и А. Ахматову. А потом он знакомится с Н. П. Акимовым — это сложившийся нонконформист, книжник, юморист. И кончается время тайн, главный клад и шарм Шварца выходит наружу, как алмаз из кимберлитовой трубки. Это сказка, и это пьеса. Однажды Акимов, главреж Ленинградского театра комедии, даже запер Шварца в своем кабинете на пару дней, чтобы он не отвлекался и дописал феерию. Спасибо Акимову, он помог нам получить это полезное ископаемое — сказочника и драматурга Шварца. Сначала шли пьесы-эскизы, оставшиеся во времени, как на дне, нужные только литературоведам, ибо нет в них «нетленки»: первая пьеса «Ундервуд» в 1929 году, потом «Остров 5-К» в 1932-м, потом «Клад» в 1933-м. И вот первая пьеса, где этот мальчик Кай выложил из ледяных обломков холодного времени слово «вечность» и стал сам себе господином и хозяином всего света. Это «Голый король», вроде бы обработка Андерсена. Три новеллы: «Принцесса на горошине», «Принцесса и свинопас» и «Голый король». Но это вам не благостная Христиания. Новый текст, гневный и значительный, антифашистский и антисоветский, рождается под пером Шварца. 1934 год. «Кировское дело», высылают и сажают каждого четвертого интеллигента Петербурга. «Голый король» прошел как чистый антифашизм, но ведь эта пьеса о том, что власть — голая, что обличать ее могут только невинность и чистота (дитя, поэт, идеалист), что власть падает, когда народ поймет, что она голая. Всевластье, его кольцо — Кольцо Самовластья — вот против чего восстал открыто Шварц. Не поняли, слава Богу. А будущие бестселлеры идут косяком: «Красная Шапочка» (1936), «Снежная королева» (1939), и везде обличаются власть и предательство. О, он не прятался. Он раз двести повторял на людях, что пишет все, кроме доносов — в самые страшные времена. Он подкармливал семью арестованного друга, Заболоцкого. Он не подписывал ничего против «врагов народа». Он никогда не говорил о Сталине. Растущее косо дерево он публично называл холопом. Тихий, рафинированный, изысканный интеллигент, настоящий петербуржец. И вот появляется «Тень» (1940), пьеса настолько откровенная, что ее снимают сразу после премьеры в акимовском Театре комедии. Страшная, убийственная политическая сатира: Тень, порождение ночи, у власти, а люди ей в ужасе подчиняются и льстят. И надо только сказать: «Тень, знай свое место». Ученый побеждает Тень, но после того, как ему отрубают голову. Пьесу в панике сняли, но Шварца не тронули. Никто не поверил, что это он нарочно. Думали, случайно так вышло, опять списали на антифашизм.

Начинается война, и Шварц записывается в ополчение, отказывается от эвакуации, а когда в войска его не берут (все этот тремор рук и глубоко штатский вид), он с Екатериной Ивановной каждую ночь тушит на крыше зажигалки. Они ходят всегда вдвоем на эти дежурства — чтобы если уж бомба, то вместе умереть. И бомбы их обошли. И чуть ли не силой его, погибающего от голода, вместе с женой эвакуируют на самолете Вера Кетлинская и верный Акимов. Киров, потом Сталинабад. Вроде бы советский писатель, блокадник, герой осады в 1943 году пишет свой шедевр «Дракон». Где только фамилии Сталина нет, а все остальное есть: слуги Дракона, люди, которые будут сажать и ссылать и после смерти Дракона (Сталина), все советское время, до самого его конца. Люди, о которых сам Дракон скажет: «Меня утешает, что я оставляю тебе прожженные души, дырявые души, мертвые души...» Верные фюреру немцы, верные Сталину «совки». Имеющие Дракона внутри — как нравственный закон. Вместо Закона. История Власти, Всевластья и того, что они делают с человеком. Воскресший Ланцелот карает преемников Дракона, его приговор суров. Шварц-Ланцелот не любил драконов не потому, что ему нравилась девушка Эльза. А потому, что тираническая власть — всегда Дракон, и разум и совесть с этим не могут смириться. Акимов поставил «Дракона» в 1944 году. Его сняли сразу после первого спектакля. А Шварца не тронули. Он был заговорен. Его пьесы не шли, газеты его ругали, сборники не печатались. А он дожил до 1958 года, до 15 января, и успел увидеть свои пьесы идущими и переведенными. Он не дождался только спектакля Акимова по «Дракону», его поставят в 1962 году; «Тени», фильма с Олегом Далем (1971), и «Каина XVIII», к которому он написал сценарий (1963). Евгений Шварц умер от инфаркта, последние годы он страдал от сердечной недостаточности. Но это все же легкая смерть. Его мужество помогло ему выжить и пережить двух Драконов его эпохи. И победить по рецепту своего Ученого из «Тени»: «Мне страшно было умирать, но я пошел на смерть. Ведь, чтобы победить, надо идти и на смерть. И вот — я победил. Прощайте, господа!»



@темы: Медведь, Шварц, Статья